Потрет туриста

Если бы еще в лицее я не выучил, что благоприобретенные признаки не всегда передаются по наследству, я был бы склонен верить(особенно три летних месяца в году), что через тысячу лет разновидность человека— «гомотуристикус» будет рождаться с третьим глазом на месте пупка. Уже сейчас любой марсианин, посетивший нашу планету и ограничившийся «святыми местами»туризма вроде площади святого Марка, Букингемского дворца и Эйфелевой башни, вправе будет спросить: живут ли земляне, чтобы фотографировать, или фотографируют, чтобы жить? Ибо подлинный турист, добравшись с превеликим трудом до подножья памятника или ледника, ни за что не станет смотреть их в натуральную величину — в том виде, как их создали Человек или Природа, а примется разглядывать их в глазок видоискателя уменьшенными до размеров почтовой марки. Лет двадцать назад, приступая к изучению нравов «гомотуристикуса», я писал, что он «вводит» в себя Италию или фьорды, как другие «вводят» макароны. Теперь я понимаю, что был неточен: он«вводит» их через особый орган, называемый«лейкой» или «кодаком», размещенный у него на пупке, и который можно вполне считать третьим глазом туриста…

С художником Жаком Шармозом мы побывали на Трафальгарской площади, у Колизея и на Эйфелевой башне. И вот что мы установили: из тысячи туристов 873 человека, то есть 87,3% (эти три десятых соответствовали одному карапузу, который управлялся с аппаратом не хуже любого взрослого), фотографировали вышеперечисленные объекты до того, как осмотрели их собственными глазами. Выворачиваясь из хребта, они усердно снимали то, что братья Алинари предлагал им в улучшенном варианте на соседнем лотке. Жена, дети, близкие и дальние родственники низводятся при этом до роли первого плана — терпимого, но необязательного. Турист не чувствует успокоения, пока не запечатлит кратеры и развалины… нет, отнюдь не в памяти, а на пленке.

От Пиренеев до Стамбула, от Сицилии до фьордов движется землепроходец «леечной» эры, оснащенный светофильтрами, двуногами и треногами,сам, становясь при надобности на четвереньки.

О приближении весны в Париже узнают не по ласточкам, а по фотолюбителю-энтузиасту, который, выскочив на проезжую часть Елисейских полей, щелкает, ловко выскакивая из-под колес, перспективу Этуаль-Конкорд…

Статистика показывает, что фототовары по спросу идут впереди рыболовных принадлежностей, ковров и страхований от пожаров!

Вообще статистический метод кажется мне наиболее убедительным: любая выдумка отступает перед, казалось бы, сухими колонками цифр. Например: член муниципалитета, ответственный за сохранность голубей на площади святого Марка, сообщил, что случаи перекорма голубей увеличились по сравнению с 1955 годом в семь раз. Сейчас уже ведутся переговоры о переселении на улучшенное содержание их бедных родственников с Трафальгарской площади и площади Этуаль. Чем объяснить этот взрыв любви к венецианским голубям? Оказывается, турист, горя желанием запечатлеть свою жену (или тещу) с голубком на плече, предварительно закармливает его до невменяемого состояния, чтобы он не мог улететь.

Единственное спасение для бедных пернатых — это рост числа туристов-снобов, ни в коем случае не желающих походить на туристов. В той же Венеции они со скучающими лицами прогуливаются по площади святого Марка, застегнув на все три пуговицы пиджак(последняя итальянская мода) и небрежно помахивая итальянской же газетой (в которой они не понимают ни строчки),… украдкой щелкают все тех же голубей. Так по крайней мере они не привлекают внимания и не рискуют быть подслушанными, как тот турист в Акрополе, который, повиснув вниз головой на остатках древней колонны, удовлетворенно говорил жене: — Ну вот, отсюда, наконец, я возьму Пропилеи в фас…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *